Немного о Святом Бобе, Мудром Смотрящем и Отважной Курице.
Фермер Боб методично полол бурьян у себя в огороде. Солнце нещадно обжигало и без того покрасневшую спину, но фермер обязан был обработать грядку репы, чтобы ему было чем прокормить свою семью. Боб, пожалуй, был единственным во всем селе, который всерьез заботился о семье и не ленился работать, в отличие от соседей, которые предпочитали веселиться в ближайшем трактире.
Старания Боба, правда, никем не были оценены. Никем, кроме Смотрящего, которому было очень грустно наблюдать с высоты облаков за тщетными усилиями своего "подчиненного". И решило тогда божество помочь фермеру, наставить его на путь истинный.
Напрямую показываться смертному строго запрещалось в божественном уставе, и поэтому Смотрящий прибегнул к избитому, но эффективному способу общения со смертными, решив вселиться в другое живое существо...
...Жаркий день постепенно сменялся прохладным вечером, и Боб заканчивал свои дела, подметая в курятнике. Усталость одолевала его, и он уже подумывал бросить уборку и пойти к другим в трактир.
- Да кому это вообще надо? - Воскликнул он, отбрасывая метлу. - Уж лучше пропущу-ка я кружечку-другую...
- Нет, ты должен продолжать! - послышался чей-то другой, незнакомый голос, и из-за неожиданности бедняга-Боб даже запрыгнул на ближайший насест. - Труд твой не останется тщетным, а старание утроится к зиме! - продолжил всё тот же тихий, но вполне четкий и властный голос.
И лишь тогда фермер заметил небольшую курицу, которая вышла в центр комнатушки и храбро смотрела прямо на Боба. Тот засмеялся прямо в лицо (многие барды до сих пор спорят по поводу правильности этого выражения. Ибо у куриц нет лиц. Но в силу того, что в этой твари был Смотрящей, можно всё-таки пойти и на такую аллегорию) курице. Заскрипел тогда домик, поднялся невесть откуда сильный ветер, вернувший Боба с насеста, и уверовал он тогда в Мессию, что снизошел до него. И вновь заговорил Смотрящий:
- Учти, Боб, честный фермер, мана у меня кончается, и говорить с тобой я буду не долго. Но то, что скажу, должен ты пересказать другим и жить по завету моему! Жить, Боб, нужно во благо другим! Будешь ты моим гласом среди местного люда! Запомни, что праздная жизнь есть лишь разврат, похоть и пьянство, а самое главное, чего должен добиваться любой, будь он человеком, гномом или эльфом, это, без сомнения...
Но тут лимит божественной магии, похоже, исчерпался, и Смотрящему пришлось покинуть тело несчастной курицы, которая после такого грубого вмешательства в психику начисто лишилась разума, и, обмотавшись старой тряпкой, ушла в сторону трактира, чтобы сочинять односложные стишки и петь их "а капелла". Как говорят очевидцы, курочка и смогла бы сыскать себе славы на бардовском поприще, если бы в трактире так не вовремя не закончилась бы закуска.
...А тем временем, пока Смотрящий возвращался к себе в небесный чертог, он гадал, додумался ли Боб о его наставлении? Когда же он вернулся, то узрел картину: фермер, с довольно одухотворенным лицом стоял на деревянном помосте, обмотавшись для важности то ли палаткой, то ли шторой. Вокруг него собралась толпа, которая уже была наслышана о чудесном явлении волшебной курицы (о том, что эта же толпа её по-пьяни и сожрала, никто сознаваться как-то не хотел). И заговорил, наконец, Боб:
- Слушайте, слушайте! Не так давно некий дух посетил мою курицу, и он сказал мне, как жить, братцы! Прозрение озарило меня, нарекая навеки вечные пророком божия быть. Он поведал, что мы должны быть в постоянном поиске смысла жизни, работать над собой и над землей, и что безделье влечет лишь к пьянству, похоти и разврату!
Но, как обычно, толпа поняла только "пьянство, разврат и похоть" и, одушевленно скандируя это, пошла праздновать пришествие Курицы в ближайший трактир. С тех пор, последняя пятница лета считается Днем Курицы, которой местные стали молиться. В этот день каждая семья обязана есть курицы в знак памяти того, как одна отважная птица принесла себя в жертву ради спасения людей и очищения их от грехов. Ну, может и не совсем так, но за сотни лет ведь предание немного и исказиться могло!
- Идиоты. - Обреченно проговорили Боб и Смотрящий в унисон.